С этого года мэр Качканара Сергей Набоких остается без своей «правой руки» - его первый заместитель Алексей Гаршин, который занимался диверсификацией экономики и проектом горнолыжного курорта, уезжает на повышение в Москву.

О своей новой должности чиновник не распространяется, загадочно поясняя, что будет работать в муниципальной службе, но заниматься более стратегическими делами. Мэр, сообщая об увольнении своего зама, обмолвился, что тот едет в правительство страны.

Как между собой связаны сплетни и сорт его любимого сыра, почему первые полгода после избрания Набоких на пост мэра они не могли заниматься развитием города, застопорится ли с его отъездом работа по строительству курорта, мешают ли местные скептики продвижению проекта - на эти и другие вопросы Алексей Гаршин ответил в итоговом интервью.

- Когда вы приехали в Качканар, то говорили, что у вас есть конкретные планы и что высокопоставленные люди в Москве заинтересованы в развитии нашего города. Вы проработали в администрации почти три года. Чего удалось достичь?

- Мне, как максималисту, хотелось бы большего. Но определенных вех для города мы все-таки достигли, выйдя с небольшого муниципального образования в 44 тысячи населения на федеральный уровень.

Сегодня о нас знают в разных отраслях - начиная от прививок против ветрянки, когда Качканар стал единственным местом в России со 100% вакцинацией, и заканчивая масштабными проектами вроде диверсификации экономики, развития туристического кластера.

К сожалению, налоговая система и законодательство построены таким образом, что в маленьких городах недостаточно финансовых полномочий. Для того, чтобы что-то масштабно изменить, мы вынуждены работать с областными и федеральными структурами. Самостоятельно местная власть пока не может этого сделать. Хорошо это или плохо - вопрос философский.

Тем не менее мы, новая команда, смогли попасть в областные целевые программы. На это у нас ушел практически год. Первые полгода после избрания мэра в городе была негативная обстановка - на него нападали все, кому не лень. Дума занималась только тем, чтобы снять главу. Других вопросов просто не решали. Полгода мы были вынуждены заниматься только жесткой обороной. Конечно, текущую работу выполняли, поддерживали жизнедеятельность города, но на развитие времени и сил уже не оставалось.

Но за оставшееся время мы все равно смогли войти в областные целевые программы. Этот серьезный момент укладывается в одну фразу, но за ним стоит очень кропотливая работа многих людей. Я обращался с личной просьбой к подчиненным, многие работали бесплатно в выходные и сверхурочно. Денег платить им не было, потому что был кризис.

- Что будет после вашего отъезда? Не застопорится ли работа по диверсификации экономики?

- Сергею Михайловичу будет намного сложнее. На мне, как на первом заме, замыкались все стратегические вопросы. Некоторые из них даже напрямую не были связаны с моими должностными обязанностями. Когда нужно структурировать неопределенность, найти какое-то неординарное решение, предвидеть то, что будет важно или опасно для города - все эти вопросы мы решали в команде.

Но основные блоки, касающиеся проекта, проработаны. В разных вариантах - в программе по туризму, в программе по спорту. Все вымучено, выстрадано, сделано. Комплексные инвестиционные планы - КИПы - по поддержке моногородов тоже уже готовы и защищены. Как говорят: мы строили, строили и машину построили, на ней можно ехать, осталось только бензин залить. Также и в реализации этих проектов. Это готовый продукт, которым можно пользоваться.

Здесь дело уже за политической волей областных и федеральных властей, за влиянием нашего главы. Если Сергей Михайлович сможет пройти область и выйти на федерацию... Я и сейчас имею определенные связи, но с моим отъездом в Москву они укрепятся и усилятся. Мне будет значительно легче ему помочь. Я пообещал это сделать и, собственно, сделаю.

До выборов президента будет определенная стагнация. Никто не будет принимать каких-то принципиальных и резких решений. Пока этот период не пройдет, у Сергея Михайловича будет время подобрать кандидатуру для своего нового заместителя.

- Ваша новая работа связана с политикой?

- Не хочу конкретизировать, но да, меня пригласили, выдернули, забрали - не знаю, какой более корректный термин подобрать. Скорее пригласили, настойчиво пригласили люди, с которыми я уже очень давно связан по жизни - с одним человеком, например, знаком уже 20 лет.

Эти люди сейчас занимают очень серьезные государственные посты. Мой ресурс, как члена команды, необходим им. Я не вправе подвести этих людей, тем более понимаю, что там реально будет польза от моего опыта и ресурса.

Но часть моей жизни все равно останется в Качканаре. Как бы моя жизненная карьера не складывалась, буду всегда помнить этот город. Сергея Михайловича тоже никогда не забуду.

- На последнем совещании Сергей Набоких упомянул, что вы будете работать в правительстве страны. Это действительно так?

- Это не совсем корректное выражение. Да, эти люди работают и в правительстве, и в государственной думе, в других очень важных структурах РФ. Они серьезно влияют не только на политическую систему, но и на развитие страны в целом.

- Как будет называться ваша должность?

- Я пока не готов сказать. Если формально, то буду числиться на муниципальной службе. Если фактически, то буду участвовать в развитии политической и государственной жизни. Пока конкретизировать не могу.

- Вы не родились в Качканаре, прожили здесь всего три года. Как человек со стороны, что можете сказать о менталитете местных жителей?

- То мнение, которое сложилось по приезду, не изменилось. Менталитет очень интересный сам по себе. Я поездил по Среднему и Северному Уралу, могу точно сказать, что он отличается от среднеуральского.

Во-первых, город сам по себе молодой, люди жили здесь не столетиями, а приехали 55 лет назад со всей страны. Во-вторых, здесь были тяжелые условия жизни, комбинат строили в героических условиях. Естественно, слабые люди не выдерживали, уезжали. Происходил чисто человеческий отбор. Остались очень непростые люди.

Натура качканарцев - бунтарская. Это люди, которым нельзя приказать. Их можно убедить, влюбить в себя, заинтересовать. Не раз наблюдал со стороны, что когда человек пытается кого-то заставить, даже если это хорошее дело, тот все равно сделает наоборот. Эта черта характера мне очень бросилась в глаза.

- Не секрет, что часть населения скептически относится к строительству курорта - кто-то не верит, кто-то не одобряет. Влияет ли такое отношение на движение проекта?

- Мысли материальны. Когда человек настраивается на позитив, он формирует положительные флюиды.

Отрицательные мнения есть всегда. Не сказал бы, что это как-то катастрофически мешает. С другой стороны, если была бы критика была конструктивной, то это другое дело. Она как раз помогает увидеть те моменты, которые человек, занимающийся проектом, не видит. В данном случае скептицизм очень полезен.

Но мне не нравится, когда некоторые люди (Алексей Николаевич показывает на стену позади себя, далее по коридору находится кабинет спикера городской думы Геннадия Русских) выступают против всего. Что бы ты ни делал - все равно против. Хорошо, если мы ошибаемся, то предложи более лучший и правильный вариант. Допустим, мы не правильно выбрали линию диверсификации экономики. Какая линия тогда правильная? Но ведь ни одного предложения не было!

Алексей Гаршин приехал в Качканар три года назад из Воронежа. Сначала говорили, что его послали контролировать мэра-новичка. Однако впоследствии мэр и зам создали сильнейший тандем, целью которого стала диверсификация местной экономики

- Горнолыжный курорт - это ведь не первая идея, которую вы взяли в разработку, верно?

- В самом начале прорабатывалось несколько проектов - добыча скандия, добыча гранита и мрамора, переработки торфа, леса, хотели даже сделать мусороперерабатывающий завод... В общем, прорабатывали массу проектов, но они по тем или иным параметрам отпадали. Либо при практической реализации, либо после экономического анализа, либо при анализе рынка.

Затем, проанализировав и просчитав сферу туризма и спорта, мы взяли за основу проект строительства туристического комплекса. При чем расчеты делали не только мы, но и специалисты областного Министерства экономики, московские эксперты. Мы защищали наш проект на разных комиссиях - и в Министерстве соц.развития, и в Министерстве культуры и туризма.

В общем, я не против критических замечаний, лишь бы они были конструктивными. Хотя, с другой стороны, всем мил не будешь - кому-то нравится, а кому-то нет.

- Сергей Набоких - хороший мэр?

- Конечно. Это достойный человек для такой ответственной должности. Я бы просто не поехал работать в Качканар, если бы это было не так.

Кстати, говорили, что я приехал сюда от «Справедливой России», потому что Сергей Михайлович - справедливоросс. Это не так. Меня скоординировали совершенно другие люди из Москвы, которые сказали, что в Качканаре избрали адекватного и молодого мэра, который хочет реализовать здравые идеи.

- Что вам не понравилось в работе в Качканаре?

- Я бы выделил две проблемы, которые присущи всем маленьким городам. Во-первых, это нехватка кадров. Тяжело найти на определенную бюджетную зарплату специалиста с теми требованиями, которые хотелось бы видеть.

Во-вторых, сплетни. Это что-то нереальное. Может, качканарцы уже к этому привыкли, но я раньше жил в крупных городах и там такого не было. Примерно через месяц жизни в Качканаре я зашел в магазин, немножко задержался возле прилавка и продавщица мне сказала: «Сыр, который вы берете, будет в среду». У меня мама не знает какой сыр я покупаю, а тут совершенно незнакомый человек. И, поверьте, это самое безобидное. Бывает, такого о себе наслушаешься...

Информация расходится быстро, очень сильно искажается. Это не мешало в работе, хотя было очень неприятно. Но собака лает, а караван идет. Я не на том уровне и не в том возрасте, чтобы реагировать на подобные вещи.

Елена Ходырева

Ссылка по теме:
- Высокопоставленный чиновник из Воронежа стал замом мэра Качканара

Сколько денег управляющая компания «Наш дом» потратила на ремонт и содержание домов, для чего жителям необходимо объединяться в советы, как можно решить проблему с высокими нормативами для «деревяшек», сколько миллионов управленцы сэкономили для собственников - директор управляющей компании «Наш дом» Виктор Мокеров подводит итоги 2011 года и раскрывает планы на будущее

- Каким был этот год для управляющей компании? Какие планы удалось реализовать?

- Год начался хорошо. Нам удалось убедить собственников шести домов в необходимости принятия ставки капитального ремонта.

Изначально многие скептически относились к этой необходимости, но, увидев результат, приятно удивились - в течение года все запланированные работы были выполнены.

В целом, год был сложным. Менялось законодательство, имели место быть политизированные ситуации. Но, несмотря на это, управляющая компания сработала позитивно.

В частности, в этом году мы поставили перед собой задачу - поменять внешний облик домов. В итоге, было отремонтировано более ста подъездов, где-то установлены пластиковые окна, где-то заменены входные двери.

- Планируете продолжить кампанию по ремонту подъездов в 2012 году?

- Да, я считаю, что это наша совместная обязанность с жителями Качканара. Но, разумеется, параллельно будут проводиться текущие работы и других конструктивных элементов здания.

- Получается, в этом году управляющая компания «Наш дом» на месте не стояла?

- Да, мы постоянно совершенствуем свою работу, двигаемся в ногу со временем.

Помимо этого, коллектив УЖК успевает принимать участие во многих других сферах. Мало кто знает, но наша команда - одна из самых активных участников во всех спортивных и общественных делах. В этом году мы даже получили кубок за первое место по плаванию.

- Были ли в этом году какие-либо крупные аварии?

- Особо экстремальных ситуаций, которые бы создавали технические сложности, не было. Мы успешно закончили прошлый отопительный сезон и своевременно подключили дома к теплу минувшей осенью. Кто-то, может, не согласится со мной, скажет, что было много заявок. Но это не показатель. Заявок было не больше, чем в прошлые годы. В целом, город был с теплом, с водой.

Непростая ситуация была с обрушившимся балконом, когда вскрылись те недочеты, которые были допущены при строительстве и эксплуатации. Это был самый неприятный момент в уходящем году.

- На страницах газеты неоднократно освещались судебные тяжбы управляющей компании с поставщиками энергоресурсов, с отдельными собственниками. Много ли судов было выиграно? Сколько денег вам удалось сэкономить для жителей?

- Судебная практика - это один из инструментов нахождения истины. В область правовых отношений переносятся спорные ситуации. Наша главная задача - это защита интересов жителей. Один из знаменательных судов - это когда мы не согласились с 13-й квитанцией, которую энергетики хотели выставить жителям. Управляющая компания выиграла суд, сэкономив для населения десятки миллионов рублей.

Также в прошлом месяце собственники ощутили снижение оплаты за твердые бытовые отходы (ТБО). Это произошло потому, что нам удалось выиграть суд у подрядной организации. Разбирательство было непростое, длительное. Цена вопроса - более 6 миллионов рублей в пользу жителей. Представьте, какими высококвалифицированными должны быть юристы!
Всего в этом году было порядка двадцати судов. Среди них, конечно, были и те, которые мы проигрывали.

- По какой причине?

- Жители несвоевременно оплачивали квартплату, поэтому с нами не всегда соглашались. По закону, собственники должны заплатить до 10 числа следующего месяца. Если это не сделано, то никакой суд нас не спасет. На деле же получается, что многие могут платить и 15-го числа, и 25-го. Из-за этой банальной причины мы проигрываем некоторые суды тем же энергетикам. Необходимо понимать, что неоплата отдельно взятого гражданина приводит к системному сбою: нам не заплатили - мы не можем заплатить поставщикам, поставщик, в свою очередь, не может выплатить вовремя зарплату своим рабочим и так далее.

- Проверяли ли контролирующие органы работу УЖК «Наш дом»?

- Да, в этом году нас проверили более 60 раз разные ведомства - Министерство энергетики, прокуратура, правительство области, Госжилинспекция, Министерство финансов, саморегулируемая организация, Роспотребнадзор и другие. Это очень много - каждый месяц было по 3-4 комиссии. Специалистам, помимо своей основной работы, постоянно приходилось отвлекаться на эти мероприятия, готовить документы.

При этом практически во всех случаях проверки подтвердили правильность и законность действий управляющей компании. Поэтому если кому-то кажется, что мы что-то нарушаем или что нас недостаточно контролируют, то он сильно заблуждается.

- Вопрос по просьбе читателей. Жители «деревяшек» уже не первый год жалуются на высокие нормативы по теплу. Можно ли решить эту проблему на местном уровне?

- Норматив потребления в деревянных домах - злободневная тема. Действительно, жители этих домов платят сегодня весомо больше, чем люди, проживающие в другом жилье. Но дело в том, что норматив и тариф - это два показателя, которые регулируются не на местном уровне, а на государственном, в РЭК (региональная энергетическая комиссия).

Однако вариант возможного решения этой проблемы все-таки есть. На сегодняшний день в четырех деревянных домах установлены общедомовые приборы учета. Мы ежемесячно проводим анализ, результаты которого в пользу граждан. Пока они потребляют меньше тепловой энергии, чем заложено в нормативе. Скорее всего, по итогам этого месяца жителям этих домов будет сделан существенный перерасчет.

Сейчас стоит задача - распространить опыт этих домов на другие. Тогда вопрос нормативного потребления сам по себе исчезнет.

- Законодательство постоянно меняется - то вносятся поправки в Жилищный кодекс, то утверждается единая форма платежной квитанции. Внедрение этих нововведений тоже является частью работы УЖК «Наш дом»?

- Мы не имеем права не исполнять то, что предписано законодательством. Главное, чтобы мы - управляющая компания и собственники - шагали в ногу. Чтобы жители понимали необходимость перемен, а мы бы внедряли их в работу.

В целом, управляющая компания двигается вперед. Нам сидеть некогда.

- В этом году в Качканаре впервые начали создаваться советы домов. Для чего они нужны? Есть ли вообще польза от деятельности активных собственников?

- В последние годы управляющая компания развивала в городе институт старших по домам. В этом году поменялось жилищное законодательство, труд старших был официально узаконен в виде совета. На сегодня в городе создано пока только около десяти советов.

Люди должны вникнуть в систему управления домом, должны знать, чем владеют.

Взаимодействие собственников и управляющей компании приводит к плодотворному сотрудничеству. Посмотрите, например, на дома по адресу 9-3, 9-4. В течение последних лет они кардинально преобразились! Там принята ставка капитального ремонта, жители ответственно относятся к общедомовому имуществу, думают об энергосбережении.

Всего в городе более ста старших по домам, но активных - всего нескольких десятков. Хочется, чтобы их было больше, потому что конструктивное сотрудничество УЖК и собственников приводит к ощутимым результатам.

- Сколько денег УЖК «Наш дом» потратила в этом году на ремонт и содержание жилья?

- За 11 месяцев было потрачено более 120 миллионов рублей. Это весомая цифра, но необходимо понимать, что порядка 70% этой суммы ушло на непосредственное содержание жилья, остальные 30% - на текущий ремонт.

Более 18 миллионов рублей было потрачено на ремонт кровель, инженерные коммуникации (запорная аппаратура, трубы), заделку межпанельных швов. Более двух миллионов - на замену дверей. Вообще, считаю, что жители должны улучшать свой быт - ставить больше дверей с домофонами, устанавливать пластиковые окна в подъездах. Нужно двигаться вперед, тогда будем комфортно жить, и приятно будет заходить в собственный подъезд.

Но это все текущие работы. Жителям необходимо задумываться о капитальном ремонте. Нужно ремонтировать жилье не маленькими элементами, а крупными узлами. Сегодня мы пытаемся методом поддержания сохранить весь конструктив, но так, к сожалению, не бывает. Нужно сначала хорошо «пролечиться», а затем поддерживать «здоровье». В этом году, повторюсь, ставку капремонта приняли жители шести домов, в следующем году к ним присоединятся еще порядка десяти.

- Какие планы управляющая компания во главе с вами ставит на следующий год?

- Одна из задач - помогать жителям в создании советов старших. Также планируем серьезно продвинуться в капитальном ремонте и сдвинуть с мертвой точки вопрос приборизации города.

Еще планируем усилить работу с должниками. В этом году была проведена глобальная работа, но необходимо менять подход к населению. Когда задолженность превышает двухмесяную - это может сломать экономику любого дома. Будем изыскивать любые ресурсы, отстаивать права добросовестных плательщиков.

Еще одно законодательное новшество - это изменение порядка расчета за жилищно-коммунальные услуги. К этому должен быть подготовлен и персонал УЖК «Наш дом», и собственники.

- Алена Евгеньевна, объясните, для чего нужен этот совет? Чем он отличается от института старших по домам, который управляющая компания поддерживает в течение последних нескольких лет?

- Без инициативных и ответственных людей порядка в многоквартирном доме не добиться. Последние четыре года таких активистов называли старшими по дому и подъездам. Однако всё это время в законодательстве не были прописаны их статус, полномочия, ответственность и отчетность.

Ситуация изменилась с 4 июня 2011 года, когда в Жилищный кодекс РФ были внесены соответствующие изменения. Теперь в многоквартирных домах, где не создано ТСЖ (товарищество собственников жилья), при условии, что данный дом не управляется жилищным или иным кооперативом, собственники обязаны организовать общее собрание и избрать совет.

- На создание советов был дан год. Половина срока уже истекла. Активно ли жители Качканара исполняют букву закона?

- Как показывает практика, активность качканарцев в данном вопросе, к сожалению, невелика. С одной стороны, всему виной - недостаточная информированность жителей (многие узнают об этом впервые, только придя в УЖК ), с другой - далеко не все готовы взять на себя ту колоссальную нагрузку, которую предполагает создание совета. Собственники только трех домов: 8-15, 5-75 и Гикалова-6 решились на подобный шаг.

Есть вероятность, что в городе создано больше советов дома, однако на сегодняшний день управляющей компании известно только о двух. Для сравнения: всего в управлении у нас находится более 400 домов.

- Как управляющая компания относится к введению такого института управления?

- УЖК «Наш дом» приветствует эту инициативу. Мы всегда выступаем за конструктивный диалог с собственниками, за их объединение. Например, в 2008 году именно мы предложили жителям выбрать старших по домам и уполномоченный орган (близкий по структуре, предложенной сейчас законодательством).

В первую очередь, это выгодно самим собственникам: сообща гораздо проще добиться результатов, чем ходить по инстанциям в одиночку. Управляющей компании тоже удобно иметь дело с активной группой, которая представляет интересы большинства. Становится ясно - кто будет контролировать проведение работ на доме, подписывать акты, высказывать конструктивную критику. Мы хотим слышать мнение жителей, поэтому стараемся наладить обратную связь.

- Чем отличается совет дома от ТСЖ? В чем его плюсы и минусы?

- Суть этих двух институтов управления домами в принципе одинакова. Однако, в отличие от ТСЖ, совет дома не требует регистрации и создания юридического лица, ему не нужно вести бухгалтерский учет.

Но в то же время к людям, работающим в совете дома, не предъявляется никаких квалификационных требований, они не несут ответственности. Кроме того, до сих пор не решен вопрос о стимулировании и поощрении тех, кто входит в состав совета.

То, насколько действенным и активным будет совет дома, зависит в первую очередь от людей, которые входят туда. В то же время мы надеемся, что законодательная работа над новым Жилищным кодексом будет продолжена. Не потому, что он несовершенен, просто практика его применения еще невелика. Институт советов домов - юридически новый, к тому же раньше он не был закреплен законодательно. Следует ожидать, что и опыт, и отзывы всех участников процесса, помогут внести конструктивные поправки в документ и сделать его более приближенным к реальной действительности.

- Представим, что я - активный собственник. Что мне нужно сделать, чтобы создать совет дома?

- Для начала необходимо определиться с кандидатурами жильцов, которые войдут в Совет дома. Число членов совета не ограничено, но обычно собственники выбирают по представителю от каждого подъезда. Затем необходимо провести собрание, на котором должно присутствовать не менее 50% собственников.

- Могут ли жители обратиться за помощью в этом вопросе в управляющую компанию?

- Да, конечно! Мы уже разработали типовые документы, которые требуются для проведения такого рода мероприятий. Жители могут обратиться непосредственно в отдел по работе с населением управляющей компании «Наш дом».

Также мы рекомендуем всем собственникам перед проведением собрания ознакомиться с правилами и нормами, которые предписывает законодательство. Необходимые консультации по созданию совета можно получить по телефону: 6-25-94. Со своей стороны мы безвозмездно оказываем всем желающим помощь в оформлении документов, проведении процедуры подсчета голосов и других нюансах.

Обращаюсь ко всем собственникам, которые уже, возможно, самостоятельно организовали свой совет: обязательно сообщите об этом в управляющую компанию, чтобы мы могли наладить сотрудничество с вами.

- Почему нам, собственникам, важно знать, что такое этот биллинг?

- В последнее время это понятие стало все чаще звучать со страниц газет и с экранов телевизоров. Собственники, слушая выступления политиков и представителей сферы ЖКХ, думают: «Когда же эти современные технологии дойдут до Качканара?». Отвечаю: эти технологии реализуются в нашей управляющей компании уже давно и успешно на базе расчетно-кассового бюро, которое возглавляет Анна Михайловна Кузнецова.

- Объясните, что такое биллинг, для чего он нужен и как работает.

- Это, говоря простым языком, выписка счетов. Зеленая квитанция, которую качканарцы получают ежемесячно, является одним из результатов биллинга. В управляющей компании «Наш дом» эта важная функция закреплена за расчетно-кассовым бюро. РКБ на сегодня - это хорошо отлаженный биллинг на основе передовых интернет-технологий.

Например, жители многих российских городов каждый месяц получают кучу квитанций - по оплате за газ, домофон, воду. Все услуги необходимо оплатить в разных местах и разным организациям, в результате чего тратится драгоценное время. Жителям Качканаре же подобное неизвестно, потому что они раз в месяц получают только одну квитанцию от УЖК «Наш дом», в которую включены все расчеты как за коммунальные услуги, так и за жилищные.

Выпуск единой квитанции за все ЖКУ (жилищно-коммунальные услуги) позволяет напрямую, без посредников предъявлять к оплате счет от УЖК «Наш дом». Это очень удобно для жителей.

- Расскажите подробнее про движение денежных средств. Вот житель получает зеленую квитанцию, оплачивает указанную сумму и что дальше? Куда уходят деньги?

- Вы удивитесь, но все полученные деньги распределяются уже к середине рабочего дня. Например, собственник заплатил за квартплату. Утром эти деньги оказались на расчетном счете управляющей компании, а уже к полудню они ушли по назначению. Параллельно идет учет всех поступивших средств на лицевых счетах домов, то есть все деньги находятся под строгим контролем.

Прозрачность для УЖК «Наш дом» - не просто слова. Есть такое понятие как «расщепление средств». Все деньги автоматически расщепляются и уходят подрядным и энергоснабжающим организациям. Любой рубль, поступивший на расчетный счет, по специальной матрице расщипляется на доли, которые направляются в счет оплаты различных жилищно-коммунальных услуг.

При этом необходимо понимать, что 70-75% начисленной суммы уходит напрямую энергоснабжающим организациям, которые поставляют тепло, воду, электроэнергию, отводят стоки. Здесь нет никакой накрутки. Сколько заплатили собственники - ровно столько уходит поставщикам ресурсов. Мы - не предприниматели, так как ничего не перепродаем и не являемся чьими-либо агентами.

Оставшиеся деньги - 25-30% - также автоматически уходят на счета подрядным организациям, которые выполняют работы по содержанию и ремонту жилых домов. Таким образом, подрядчики получают деньги за выполненную работу ежедневно.

Необходимо четко понимать: деньги не складываются в чей-то карман, не копятся на расчетном счете управляющей компании. Ваши средства автоматически уходят в счет оплаты жилищно-коммунальных ресурсов в тот же день, как поступили в УЖК.

Ответственно заявляю, что никаких депозитных счетов у управляющей компании «Наш дом» не было, нет и не будет.

- Весной этого года губернатор области требовал, чтобы все города заключили договор с региональным информационным центром - чтобы собственники этих муниципалитетов получали единую квитанцию на все услуги. Олег Троицкий, директор «РИЦ», тогда заявил, что «в Качканаре прекрасно работает расчетный центр и сборы от населения больше, чем в Екатеринбурге». Получается, это действительно так?

- Мы смело конкурируем с любыми расчетно-кассовыми центрами. Работа нашего РКБ (расчетно-кассового бюро) не ограничивается одним биллингом. Только в течение месяца специалистам поступает несколько тысяч звонков от населения, плюс к этому они ежемесячно отправляют до 150 писем в ответ на запросы жителей и различных организаций...

Причем большая часть работы незаметна собственнику. В частности, в стране на протяжении многих лет постоянно меняется законодательство, которое определяет порядок расчетов за жилье и коммунальные услуги. Для того, чтобы идти в ногу со временем и не нарушать букву закона, сотрудники РКБ постоянно мониторят изменения, внедряют их в программные продукты, переучивают персонал.

Другими словами, деятельность расчетно-кассового бюро у нас уже давно вышла за рамки стандартных биллинг-функций. Благодаря этому, взаимоотношения между собственниками, управляющей компанией и поставщиками услуг сегодня полностью соответствует требованиям действующего законодательства.

Сегодня абонент может получить индивидуальные данные в любом разрезе - по видам услуг, по домам, микрорайонам, собственникам, нанимателям, видам благоустройств, а также по месяцам и за определенный период.
Параллельно РКБ начисляет субсидии и компенсации. Кстати, Качканар является почти единственным городом, где выплаты компенсаций начались в срок

- Для такой серьезной работы, наверное, нужна команда профессионалов?

- Думаю, каждый размышлял на тему: «А что тут такого сложного - перемножил объем на тариф, вставил в табличку данные, нажал кнопку «печать» - вот и квитанция готова». Десять лет назад, когда мы только взялись за биллинг, мне тоже так казалось. Но сейчас я знаю, что гарант качества нашей работы - это опыт и коллектив команды.

К слову, недавно вышло постановление о новой форме квитанции. Планируется, что жители всех городов России будут получать платежку единого формата. Несмотря на то, что постановление еще не вступило в силу, мы уже передали данные в разработку программистам.

Также напомню, что жители Качканара могут получать через интернет электронную версию квитанции.

Своё выступление Илья начал словами: «Чтобы сегодня оказаться в дамках, я на помощь позвал панков». В итоге он не прогадал и симбиоз двух разных музыкальных направлений действительно принёс ему победу.

- Как ты решил участвовать в фестивале?

- О мероприятии мне сообщил организатор - Миша Торгашин. Я решил поучаствовать, но не просто ради участия. Иногда и побеждать надо :). А после того, как побывал 19 июня на концерте группы Papa Roach, захотелось попробовать выступить с живой музыкой. Для этого попросил друзей - группу «Параллели» - помочь, ребята согласились.

- Чем же тебя так вдохновило выступление калифорнийцев Papa Roach?

- Концерт вдохновил тем, что на это шоу невозможно было смотреть спокойно. Хотелось скакать и кричать!

- С группой «Параллели» давно знаком?

- С полным составом дружу примерно полгода, с тех пор, как я устроился работать во Дворец культуры. А так с некоторыми ребятами из группы знаком уже давно.

- Песни, которые принесли тебе победу на фестивале, кто сочинил?

- «Всё продаётся» - полностью моя. Композицию «По улицам Гамбурга» мы вместе с Максимом Кошкиным (вокалист «Параллелей») писали буквально за два дня до фестиваля. «Айт хаппи» написана тоже с помощью Макса.

- Значит, ты шел на фестиваль целенаправленно за победой?

- Да. А кто изначально не за победой идёт? Это только после говорят: «Главное не победа, а участие».

- Как твои друзья - рок-музыканты - отреагировали на предложение выступить на хип-хоп фестивале? Не было никаких сомнений?

- Друзья отреагировали с большим интересом. Например, последнюю репетицию, которая состоялась уже после фестиваля, участник группы Лёня Жданов начал с фразы: «А давайте рэп» :).

- Расскажи о себе - где учился, кем работаешь?

- Учился в КГПК на электромеханика. Потом работал в «Ванадий-ремонте». Семь месяцев назад кардинально сменил место работы - устроился звукорежиссером во Дворец культуры. Во Дворец меня звали давно, еще после моих первых КВНов.

Отвечать на вопрос, где лучше - в «ВР» или ДК - не буду. Глупо сравнивать две абсолютно разные организации. Могу сказать лишь, что я не жалею о своем нынешнем месте работы.

- Ты поешь хип-хоп, дружишь с рокерами, ездишь на альтернативные концерты. Так все-таки какая музыка чаще всего звучит в твоем плеере?

- Я слушаю только качественный продукт: Da Gudda Jazz, Noize MC, Papa Roach, Nirvana, Metallica и, конечно, Параллели.

- А что для тебя «качественный продукт»?

- Живая музыка и текст со смыслом, который можно понять не с первого прослушивания.

- Добрая и конструктивная критика полезна. Поэтому следующий вопрос - какие минусы ты увидел на фестивале в выступлении начинающих ребят?

- Я считаю, что очень глупо в 13-16 лет писать песни со словами вроде «Я видел, как люди скалывались... И я знаю почему... Я видел жизнь».

Да и были участники, которые выступали не с авторским инструменталом, а, допустим, скачали музыку распространенных битмэйкеров (люди, создающие музыкальное сопровождение для рэперов): Anno Domini Beats, Sinima Beats production. У этих битмэйкеров кто только не брал инструменталы, причём одни и те же мелодии.

- Как ты пристрастился к музыке?

- Первый раз взял микрофон в 2002 году в лагере «Чайка», там мы выступали вместе с Антоном Забегаевым. После этого ещё пару раз пытались писать песенки... Я много раз бросал это занятие, но несколько лет назад наткнулся в интернете на хип-хоп баттлы. В них я участвовал года 2-3 и сейчас могу сказать, что это отличная площадка для получения опыта. До фестиваля «Наше дело» я почти год ничего не писал и нигде не выступал.

- Какие планы строишь на будущее? Каким видишь себя лет через 10?

- Планов особо не строю. Да и не знаю, что будет со мной через десять лет. Может, вернусь в институт, доучусь и буду училкой русского языка и литературы, может, весь интерес направлю в звукарское дело, но рэп так и останется лишь хобби.

Кристина

- - - - - - - - - -

ТЕКСТ ПЕСНИ

Я смотрю и вижу аукцион вокруг:
Покупает дружбу враг, а продает дружбу друг.
Этот порочный круг не под силу разомкнуть,
А ведь так хочется хотя бы на чуть-чуть
Порвать приоритеты, что были поэтами воспеты,
Мол, не купить любовь- да кто же верит в это.
Свобода и душа в эту же корзину
Также, как покупки, в супермагазинах.
Прорезиненные нервы продаются лишь первым
Ну, а как же бедным, бедным? Да хрен им.
На распродаже видел в наличии человеческий ум,
по цене не отличался от жвачки Бабл-гум.
Следом за умом виднелись мужество и честь
На них уже отбитый чек с подписью "Месть".
Не спорь со мной, брат, не опускай свой рейтинг,
Деньги тоже продаются, зайди лишь в обменник.

Припев (2 раза):
Продается все, и не спорь со мной, не стоит,
Можно рассказать всё о том, что чего стоит.
Автомобиль в гараже, эмоции на лице -
Продается все, вопрос лишь в цене.

Продается вся продукция российского флага,
Права на Мерседес приобретает салага.
И даже последний скряга не откажет себе в Хеннеси.
Продаются драгоценности, но эти покупки - дело зрелости.
Крепости эпохи четвертого Людвига.
На торгах набивает цену богатая публика.
Продажная власть сейчас у власти.
О, классно! Приехали, блин, здрасти.
Героин, трава, морфий - всё в продаже.
Только доходы ваши ниже стоимости дважды.
Автоматы, гранаты, ракеты на рынке черном -
Всё запрещенное законом - в продаже, но только подпольно.
Больно смотреть на то, куда катится мир.
Мир, превращенный в вечный рынок и тир.
Не спорь со мной, брат, не опускай свой рейтинг
Продается все, это всемирный маркетинг.

Ссылка по теме:
- В Качканаре выбрали лучшего рэп-исполнителя Свердловской области

В местной прокуратуре идет глобальная кадровая перестройка. Старший помощник Татьяна Калетина «ушла» на повышение в соседний город Лесной, зампрокурора Александр Мухаев возглавил аналогичное ведомство в Алапаевске, а новым прокурором Качканара стал 29-летний житель Полевского Дмитрий Быков.

Надолго ли он планирует задержаться в нашем городе, как будет работать с населением, на каких сферах жизни акцентирует свое прокурорское внимание - об этом и многом другом в интервью специально для читателей КЧ.

- Дмитрий Николаевич, в Полевском вы работали заместителем прокурора. Получается, вас повысили. За какие такие успехи и достижения?

- Думаю, этот вопрос следует задать прокуратуре области, им виднее. Успехи, достижения.. Я просто работаю.

- Как думаете, специфика работы в Полевском и Качканаре сильно будет отличаться?

- Скорее всего, нет. Полевской и Качканар - похожи. В обоих городах имеется большое градообразующее предприятие, население обеспечено работой, получает стабильную зарплату. В связи с этим какие-то крайние формы социальной напряженности отсутствуют. Например, нет ярко выраженной безработицы.

- Вы - уроженец Полевского?

- Вообще-то, нет. Мой отец - офицер, и я родился в Германии. По долгу службы нашей семье часто приходилось переезжать из одного региона в другой. Но так как мои родители родом из Полевского, то в итоге я оказался там.

- Какое учебное заведение вы закончили? Где и кем начинали восхождение по карьерной лестнице?

- Я закончил уральский юридический институт МВД РФ. Так как в ВУЗ поступал по целевому направлению от органов внутренних дел Полевского, то после окончания учёбы я, согласно договоренности, приступил к работе в местном ОВД. Карьерную лестницу начинал с должности следователя.

- Почему вы решили пойти в юриспруденцию? Что повлияло на ваш профессиональный выбор?

- Первоначально я собирался служить в милиции. Кстати, это небольшая семейная традиция - мой отец после службы в армии также проходил стажировку в органах внутренних дел.

Следователем в полевском ОВД я проработал недолго, спустя какое-то время местный прокурор предложил мне аналогичную должность, но уже в органах прокуратуры. Вообще, мне нравилась следственная работа. В прокуратуре я проработал около пяти лет в этой должности, потом меня повысили до старшего помощника прокурора, где я специализировался на надзоре за законностью рассмотрения уголовных дел судами. Потом мне была предложена должность заместителя прокурора, где я осуществлял надзор уже за органами милиции.

- Прежде вы когда-нибудь были в Качканаре?

- Когда мне предложили назначение на должность прокурора в вашем городе, а это было в апреле этого года, я впервые посетил Качканар. Побывал в качканарской прокуратуре, проехался по городу. Понравилось.

- Получается, о повышении вы узнали еще в апреле, а к работе приступили только спустя пять месяцев - 19 сентября. Почему так долго?

- Процедура согласования на самом деле очень длительная, так как прокурор района назначается приказом генерального прокурора Юрия Чайки.

- Вам на выбор предлагали несколько городов?

- Нет, только Качканар.

- Что «зацепило» вас в нашем городе, что вы согласились на предложение руководства?

- Понимаете, у нас полувоенная организация. И бывают предложения, от которых невозможно отказаться. Но Качканар мне на самом деле очень понравился.

- Может, у вас были здесь какие-нибудь знакомые?

- Не было.

- Насколько я знаю, прокуратура придерживается принципа и в большинстве случаев назначает на должности прокуроров иногородних специалистов. Мол, чтобы у них изначально не было знакомых в городе, чтобы они работали непредвзято и объективно. Получается, это как раз ваш случай?

- Да, такая тенденция идет еще с давних пор, когда прокурором назначается человек из другого района. Это делается, в первую очередь, чтобы избежать каких-то коррупционных связей. В Качканаре я действительно никого не знал, за исключением зампрокурора Тамары Бакуровой, с которой мы познакомились еще три года назад во время учёбы в Санкт-Петербурге.

- До своего повышения вы находились в кадровом резерве, верно? Как вообще туда попали?

- Руководство отслеживало показатели моей работы. Когда я уже находился в кадровом резерве, то проходил определенную подготовку. Кстати, учёба проводится без отрыва от производства - в виде стажировок в отделах прокуратуры Свердловской области, направления в образовательные учреждения генеральной прокуратуры.

- Вы приступили к работе чуть больше недели назад. За это время вы уже наверняка успели познакомиться с коллективом. Какое мнение у вас сложилось о новых подчиненных?

- Коллектив - работоспособный и достаточно самостоятельный, что немаловажно. Радует, что все работники - опытные, к примеру, самый молодой специалист качканарской прокуратуры работает уже больше трех лет. Помимо этого радует, что специалисты самоорганизованы и не требуют за собой какого-либо дополнительного контроля. Это важно.

- С представителями местной власти - мэром, спикером думы - вы уже познакомились?

- В прошлый понедельник в город приезжал заместитель областного прокурора, который представил меня главе Качканара, председателю думы, руководству местных правоохранительных органов. На сегодняшний день с некоторыми из них уже проведены рабочие встречи по обсуждению проблемных моментов и планированию будущей работы.

Однако с руководством градообразующего предприятия я пока еще не встречался.

- На каких направлениях вы акцентируете свою работу? Что, по-вашему мнению, является главной проблемой маленьких городов?

- Приоритетные направления работы прокуратуры определяются федеральным законодательством. Сейчас наибольшее внимание уделяется обеспечению социальных прав граждан, в том числе, в сфере ЖКХ.

Относительно проблемных моментов в Качканаре я пока еще не готов говорить, так как работаю здесь чуть больше недели. В Полевском жалобы прокурору поступали самые разнообразные - и на счет законности принятия заявлений в милиции, и по обеспечению теплом, горячей водой... Нельзя выделить конкретную проблему, так как жалоб было предостаточно по любой сфере.

- Бывший прокурор Алексей Лесников не прижился у нас. Многие качканарцы не видели его конкретной работы, некоторые даже не знали его в лицо. Как вы намерены работать с населением?

- По-моему, прокуратура всегда открыта как для средств массовой информации, так и для населения. Любой гражданин вправе записаться ко мне на личный прием. Существует даже специальный график приема граждан сотрудниками прокуратуры. Я принимаю каждый понедельник с 14.00 до 18.00.

Не знаю как в Качканаре, но в других городах практикуются выездные встречи в трудовых коллективах, сельских поселениях. Например, прокурор выезжает в какой-либо цех градообразующего предприятия или в пригородный поселок, при этом заранее оповещает людей о планируемой встрече. Вполне возможно, что в Качканаре такие мероприятия тоже будут проводиться.

- Вам уже выделили служебное жилье?

- Пока еще нет. Прокуратура Свердловской области сейчас решает этот вопрос. В данный момент я живу на съемной квартире. Вообще, бытовые трудности для меня незначительны, самое главное - это работа и хороший коллектив.

- Вам 29 лет. Как вы считаете, достаточный ли это возраст для управления прокуратурой?

- Я думаю, достаточный. Руководство, назначая меня на эту должность, скорее всего, опиралось на тот опыт работы в органах прокуратуры, который я имею - девять лет. Конечно, в каких-то вопросах мне не будет хватать житейского опыта, но, в любом случае, все познается со временем.

- Расскажите о своем семейном положении. Свою семью вы тоже планируете перевезти в Качканар?

- Я женат, у меня есть ребенок, которому 3,5 года. Семью перевезу в Качканар, как только решится вопрос с жильем. Супруга воспринимает переезд в другой город нормально, как должное. Когда она выходила за меня замуж, то уже была готова к подобным переменам.

- Ваша жена тоже работает в правоохранительных органах?

- Нет, она трудится юристом в гражданской организации. При переезде в Качканар ей придется искать новую работу. Но работать в прокуратуре она точно не будет - законодательство запрещает, чтобы в моем подчинении работали родственники.

- А в нашем городе вы планируете надолго задержаться?

- Как руководство поручит. Все зависит от их решения.

Елена Ходырева

Смотрите также:
- Прокурор Качканара Алексей Лесников уволен

Управляющая компания «Наш дом» не подвела: отопительный сезон стартовал без происшествий и, начиная с понедельника, в квартирах жителей Качканара появилось долгожданное тепло.

Что предприняли сотрудники УЖК, чтобы этот переход был максимально комфортным, каким образом долги населения могли сорвать сезонное мероприятие и что ожидает собственников в ближайшее время - на эти и другие вопросы отвечает директор компании Виктор Мокеров.

- В понедельник, 19 сентября, в Качканаре стартовал отопительный сезон. Какие меры были предприняты, чтобы тепло поступило в квартиру каждого качканарца?

- Большая работа была проведена по сбору долгов. На 1 сентября задолженность населения составила 86,7 миллионов рублей, из них просроченная - 60,3 миллионов (39 млн - за коммунальные услуги, 20 - за жилищные). В течение лета управляющая компания достаточно жестко поработала с должниками, в результате чего удалось добиться роста процента сбора долгов. Так, с начала года этот показатель составил 104%, за июль и август - 108%.

Благодаря этому был преодолен долговой порог вступления в отопительный сезон по горячему водоснабжению, который выставили энергетики.

Также нужно отметить, что в течение всего лета подрядчики УЖК «Наш дом» активно готовились к отопительному сезону, проводя профилактические ремонты. Так, большинство домов были отревизированы, утеплены чердаки, отремонтированы подъезды, вместо старых входных дверей установлены новые , отремонтированы кровли, межпанельные швы, надбалконные козырьки, остеклены места общего пользования, заменена и установлена вновь запорная арматура в системе отопления, выполнены все заявки по промывке отопительных приборов (270 было по плану, промыли 285).

Всего с начала года ремонтных работ было выполнено на сумму свыше 30 миллионов рублей. Теперь представьте: просроченный долг населения за жилищные услуги составляет около 20 миллионов рублей, сколько бы еще ремонтов на домах можно было бы выполнить на эти средства!

В рамках подготовительной работы проходили регулярные встречи с собственниками, которых мы ориентировали по части вхождения в отопительный период. Большая работа была проведена по регулированию взаимоотношений с энергетиками.

- На последнем собрании со старшими девятого микрорайона вы довели до сведения, что управляющая компания планирует взять кредит для погашения долгов перед энергетиками. Из-за чего возникла необходимость прибегнуть к заемным средствам?

- Долги населения - одна из главных проблем на сегодняшний день. Те собственники, которые этого не осознают, подводят всех. Необходимо понимать, что существует цепочка - если вы не оплачиваете уже потребленные жилищно-коммунальные услуги, то, соответственно, управляющая компания не сможет заплатить за них поставщику. В итоге, по вине недобросовестных жителей, образуется параллельный долг.

Для того, чтобы энергетики запустили тепло, необходимо погасить определенную часть задолженности. Если собственники - должники не погасят задолженность до конца месяца, нам придется прибегнуть к заемным средствам.

С полной ответственностью заявляю, что все средства, которые население приносит нам за коммунальные услуги, автоматически переводятся на счета энергетиков. Если утром пришли деньги, то к обеду они уже уходят по назначению.

Сегодня с должниками ведется как разъяснительная, так и принудительная работа. Тем, кто оказался в сложной жизненной ситуации, мы всячески помогаем - предоставляем рассрочки, направляем в УГХ (управление городского хозяйства) для оформления субсидии. При этом среди злостных должников есть и те, кто не оплачивает жилищно-коммунальные услуги, несмотря на то, что у них есть на это деньги. Здесь собственники должны осознать, что если они не платят квартплату, то, в первую очередь, страдают от этого сами - не ремонтируется дом, не устанавливаются энергоэффективные приборы, не вовремя подается электроэнергия и так далее.

- Получается, что такое стратегическое событие, как старт отопительного сезона, зависел от каждого жителя Качканара?

- Безусловно. Хотя уровень ответственности управляющей компании и тех, кто работает в этой сфере, намного выше. Если бы мы относились к этому плохо, то результат получился бы соответствующим.

- Виктор Валерьевич, расскажите о планах управляющей компании «Наш дом» на будущее. На каких ключевых моментах вы планируете делать акцент?

- Во-первых, мы планируем акцентировать внимание на приборизации города и домов. Необходимо добиться, чтобы население как можно скорее рассчитывалось за жилищно-коммунальные услуги только по приборам учета.

Во-вторых, продолжится работа по энергосбережению. В этом году мы отремонтировали очень много тепловых сетей, трубопроводов, окон и дверей. Аналогичные ремонты, которые повышают энергоэффективность, будут проводиться и в дальнейшем.

Еще один ключевой момент - капремонты. В этом году, как уже ранее сообщалось, собственники шести домов утвердили ставку за капитальный ремонт. Работы, запланированные на этот год, по этим адресам уже завершились. Если жители других домов хотят улучшать состояние своего жилья, им необходимо пойти по аналогичному пути - провести общее собрание и принять ставку за капремонт. Нельзя жить только сегодняшним днем, нужно обязательно смотреть в завтра. В этом году можно отремонтировать водопровод, в следующем году - канализацию, а потом - установить в подъезде современные пластиковые окна.

Перепрыгнуть невозможное, конечно, нельзя, но контролировать ситуацию и поэлементно улучшать - можно. Обязательно надо смотреть вперед.

- Что необходимо от населения, чтобы все вышеперечисленные пункты удалось реализовать?

- В первую очередь, необходимо понять необходимость приборизации, повышения энергоэффективности и капитального ремонта. Во-вторых, нужно поддержать управляющую компанию в этих начинаниях.

- Насколько для вас важна поддержка населения? В одном из своих выступлений вы упомянули, что от одной из старших по домам вам, а также во все контролирующие ведомства и органы власти, пришло более 60 писем с претензиями, на каждое из которых необходимо ответить, в результате чего непродуктивно расходуется рабочее время специалистов. Всегда ли объективны жалобы?

- Действительно, необходимо отвечать на каждое сообщение. Но практика показывает, что претензии далеко не всегда объективны. Какую цель преследуют отдельные люди - покажет время. Но могу сказать, что это не тот путь, который может привести к эффективным результатам.

Приведу статистику: с начала этого года через диспетчерскую службу 05 поступило более 24.000 заявок, помимо этого собственники написали около 2200 письменных заявлений. На каждое из этих сообщений мы обязана отреагировать. Представьте, сколько рук необходимо, чтобы ответить на каждое письмо. Мы же не можем бесконтрольно увеличивать штат, необходимо продуктивно использовать труд людей.

Но плохо не то, что действия этих людей - необдуманные, а претензии - не имеют под собой реальной почвы. Плохо то, что они вводят в заблуждение других собственников, внушая им то, в чем не разобрались сами. Со стороны это похоже на провокацию.

Когда все, что бы ты не делал, оценивают неудовлетворительно - это неправда. По-крайней мере, у управляющей компании даже в мыслях нет, что кому-то надо насолить-навредить, а кого-то обобрать. Если бы этот элемент присутствовал в нашей работе, то мы бы не продержались пять лет. У управляющей компании «Наш дом» совершенно другая идеология - содержание и улучшение состояния жилищного фонда. Мы говорим, делаем и отвечаем за свои слова.

Надо слышать друг друга, понимать интересы обоих сторон. Когда встречаются глухой и говорящий - трудно эффективно сработать.

- Непонимание отдельных собственников сильно тормозит работу управляющей компании?

- Предубеждения некоторых жителей действительно отражаются на рабочем процессе. Сложно переубедить, привить чувство собственничества, ответственности за свои действия.

В основе нашей работы лежит закон, в частности, жилищное законодательство. Исполнение закона обязательно для всех - как для управляющей компании, так и для жителей. Если кто-то в этом маленьком городе будет придумывать свои законы, то ничего хорошего точно не будет.

- Какие достижения УЖК «Наш дом» вы можете отметить?

- Во-первых, учитывая многомиллионные долги собственников, мы не сорвали отопительный сезон, не заморозили ни один дом. Во-вторых, в этом году была принята целевая программа по ремонту подъездов и дверей. Это недорогая, но важная работа, улучшающая внешний облик дома. В-третьих, мы убедили некоторых жителей в необходимости проведения капитального ремонта. В-четвертых, не было допущено никаких чрезвычайных ситуаций, минувшее лето прошло спокойно, без происшествий в жилищно-коммунальном хозяйстве. Помимо этого в течение этого года активно проходили ремонты инженерных сетей, кровель.

В следующем году, я убежден, позитива будет еще больше. Каждый день мы должны работать лучше, чем вчера - в этом заключается политика управляющей компании «Наш дом».

Следователь по фамилии Сельская из «Возвращение Мухтара», главная героиня «Золушки с прицепом», жена бандита из фильма «Бумер» - Оксану Сташенко хорошо знают в лицо любители русских сериалов. Московская актриса, приехавшая в рамках кинофестиваля в Качканар, поговорила с журналистами «Четверга» о гостеприимстве качканарцев, местном мэре и туристическом будущем города

- Есть ли смысл в проведении подобных кинофестивалей?

- Конечно! Само слово «фестиваль» переводится как праздник. В стране Непал, которую я очень люблю и куда часто езжу, празднуют 398 фестивалей в году. Люди показывают на них свои достижения, радуют друг друга, веселятся. России, я считаю, тоже есть что показать. У нас замечательная страна, да и киноиндустрия сейчас великолепно работает.

Я рада, что меня приглашают на кинофестивали, в том числе и на «Свидание с Россией» в Качканар. Почему? Это единственная возможность для киноактрисы встретиться со своим зрителем. Когда работаешь в театре, то все понятно - ты выходишь на поклон, а зрители тебе или цветы дарят, или помидорами закидывают. А тут не знаешь - нравишься ли ты своему зрителю или нет.

- Не лучше ли проводить подобные фестивали в каком-нибудь мегаполисе, а не глубинке?

- Мегаполисы - это вообще очень опасные места. Честное слово! Если бы только у нас с мужем была возможность иметь собственный дом... Очень не хочется жить в большом городе, но пока у нас это не получается. А вот идет мой замечательный друг и партнер по фильму Саша Носик (Оксана смотрит куда-то вглубь коридора - прим. авт.), в Качканар он приехал для того, чтобы сыграть спектакль.

Нас, актеров-друзей, жизнь разбрасывает по разным уголкам мира, и именно здесь, на кинофестивалях, мы встречаемся друг с другом.

- А до этого фестиваля вы слышали что-нибудь о Качканаре?

- Никогда не слышала. Хотя Свердловскую область я знаю неплохо, так как после окончания театрального училища и отъезда в Москву полтора года работала в Каменск-Уральском театре драмы. Зато теперь буду знать такое название, буду любить ваш город.

- И как вам наш город? Понравился?

- Когда мы приехали сюда, стоял сильный туман. Я выглянула в окно и сказала своему мужу, что складывается ощущение, будто мы приехали куда-то на Север. Это было первое впечатление о Качканаре.

Ой, это Сашка Носик опять проползает мимо (сильно пригнувшись, чтобы не попасть в камеру, актер почти ползком пробирается мимо - прим. авт.).

А вчера вечером к нам приходили в гости ваш мэр и его заместитель. От них я за пять минут узнала про вашу гору, что более 50 лет назад был построен Качканар, что сюда приехали настоящие мужики, которые жили в палатках при -40 градусов.

Они говорили, как им хочется, чтобы туман рассеялся, чтобы мы могли увидеть, какой у вас красивый край. Видимо, господь очень сильно их любит, так как уже на следующий день погода наладилась. А завтра мы с мужем собираемся подняться на вашу мифическую гору, о которой все так много говорят. Знаю, что там будет буддийский монастырь. Он, конечно, не цель похода, но поглядеть все равно интересно.

Хочется с вершины посмотреть на ваш суровый край, природу. Вообще, мне кажется, что именно в таких условиях воспитываются настоящие мужские характеры.

Хотя, в вашем городе культурой, в основном, заведуют женщины. Мы, актеры, очень сильно прочувствовали это душевное материнское начало. Мы как будто приехали к своим тётям.

- Сергей Набоких, наш глава, рассказывал вам о своих планах сделать из Качканара горнолыжный курорт?

- Ваш мэр рассказывал о многих планах. Во-первых, о намерении «прописать» здесь кинофестиваль. Потом рассказывал, что хочет развить в этом крае туризм. Кстати, буддийский монастырь - одно из привлекательных мест для будущих туристов.

Почему бы и не сделать на базе вашего города горнолыжный курорт? Почему туристы должны отвозить бешеные деньги за рубеж, когда можно будет посетить подобное место в своей стране? Тут все по-домашнему, можно не обижаться, что кто-то не понял твой английский, что тебе вместо мыла принесли чай и так далее.

Я по натуре - патриот, и мне очень нравится, что ваш руководитель тоже патриот. Он же не для себя все это делает, и даже не для того, кто приедет. В первую очередь, это будет хорошо для жителей, живущих здесь.

- Глядя на виды нашего города, как считаете, есть у него потенциал? Реально ли сделать из нашей глубинки курорт?

- Из нашего гостиничного окна видна очень красивая гора, высокие 9-ти и 12-ти этажные дома. А еще виден частный сектор, в котором издалека выделяется очень красивый деревянный синий домик с резными наличниками на окнах. Вот чем больше будет подобных уникальных старых домов, которые приведены в красивое состояние, тем больше преимуществ у вашего города. Чем больше мы помним историю, тем больше возможностей имеем что-либо сделать.

У Качканара очень много перспектив! Это у Москвы, где уже все изведано, их мало. Нужно уходить из Москвы, что, в принципе, сейчас и делают, расширяясь куда-то в Калужскую область.

Елена Ходырева

- Евгений Францевич, вы недавно возглавили профсоюзную организацию предприятия, что видите приоритетным в своей работе?

- Из почти более чем 9-тысячного коллектива предприятия примерно 2000 человек не являются членами профсоюза. Это каждый пятый. Причина не только в правовой безграмотности отдельных молодых работников. Это строгая, но оценка нашей работы. Все-таки я убежден, что молодые специалисты, приходящие на предприятие, должны быть окружены теплом, заботой и вниманием. Ощущение единства с коллективом - это важный стимул к труду, и это работа цеховых профсоюзных комитетов. Сейчас мы разрабатываем специальные социальные программы, с их помощью эта задача должна решаться успешно. Нам предстоит вернуть доверие работников к профсоюзу, вот такой приоритет.

- А с бывшими работниками - ветеранами атомной промышленности, работаете?

- Бывших работников, членов профсоюза, у нас три тысячи, у них тоже есть свои беды и заботы, мы не равнодушны к ним, конечно, есть возможности и программы для их поддержки.

Что касается статуса «Ветеран атомной промышленности», то в нашей области парадоксальная ситуация. Статус есть, однако он считается не более чем «ведомственным знаком» и не дает права на присвоение звания Ветеран труда, а значит, не дает положенных льгот и выплат. Это неправильно. Мы адресовали вопрос губернатору, ждем решения. Надо сказать, что в других субъектах Российской Федерации - Москве, Удмуртии - власти признали эти требования обоснованными, что позволяет и нам надеяться на позитивный исход дела.

ЦК профсоюза «Росатома» ведет работу на федеральном уровне, пытается внести изменения в законодательство о госкорпорациях. Поправки прошли согласование в Минздравсоцразвитии, но их «завернули» на доработку в Минфине и Минэкономразвитии.

В России даже есть и положительная судебная практика по признанию за ветеранами атомной промышлености права на присвоение звания Ветеран труда. В России, но не в Свердловской области.

- На предприятии внедрены новые подходы к начислению заработной платы ЕУСОТ (единая унифицированная система оплаты труда), ЕСН (единая стимулирующая надбавка), другие выплаты и коэффициенты, для чего? И как к этим новациям относятся сами работники?

- В идеале все это должно помочь объективно оценить результативность труда работника и стимулировать его к качественной работе. Как именно эта система стимулирует к труду, пока не очень понятно, но ее карательная часть действительно работает. И тут не обходится без крайностей.

Например, основная премия выплачивается по итогам года. Это очень долго. Например, человек может отлично трудиться все 11 месяцев, ну а на 12-ом допустить одно единственное нарушение и остаться без премии. Мое мнение: тут надо внести коррективы. Надо чаще подводить итоги трудовой деятельности, хотя бы раз в полгода. В этой новой системе многое зависит от руководителей подразделений, они должны бороться за своих работников. Тут одних усилий профсоюза и колдоговора бывает недостаточно.

Отношение работников к внедрению любых новшеств складывается из того, начинают ли они в результате получать денег больше или меньше. Есть отдельные случаи, когда имеем дело с последним. Будем преодолевать это вместе с администрацией предприятия.

- Сколько составляет средняя зарплата на предприятии?

- Около 27 тысяч рублей. Это примерно на 3 тысячи меньше, чем в среднем по «Росатому».

- Есть информация, что численность работников предприятия только за этот год сократилась на несколько сотен человек. Реорганизация на «Электрохимприборе» уже началась?

- Если говорить точнее, то сокращено 350 рабочих единиц. Подчеркиваю, часть этих вакансий даже не была закрыта, а те, кого сократили - работники пенсионного возраста. Они получили стимулирующие поощрительные выплаты и вышли на пенсию. Говорить о планах по реорганизации будем, когда эти документы появятся у меня на столе, когда они станут реальностью.

- Так или иначе, если реорганизация неизбежна, профсоюз готовится к ней?

- Да, и это серьезная системная работа. Не готов пока вдаваться в подробности, но мы изучаем опыт Новоуральска, у нас будет иная схема, но работа профсоюза будет схожей.

Прежде всего, сейчас мы хотим включиться во все социальные проекты, в которые только возможны в «Росатоме», во все без исключения. Причем претендовать на них смогу все работники без исключения. Они члены профсоюза и точка. Реорганизация реорганизацией, но человек все равно останется работником атомной промышленности, и он вправе жить достойно. Независимо от той роли, которая отведена персоналу того или иного подразделения в производственном процессе, они все - «наши» люди. Профсоюз будет о них заботиться в равной мере. Даже в Новоуральске работники дочерних предприятий и головного производства - члены одного профсоюза.

Честно признаюсь, пока профсоюз - это единственный реально существующий механизм, которому отведена роль защитника интересов трудовых коллективов в процессе реорганизации.

- В чем специфика вашей работы сейчас, есть что-то такое, с чем вы не ожидали столкнуться, когда еще только планировали стать лидером профсоюзной организации?

- Работа с людьми - самая тяжелая работа. И я не питал на этот счет иллюзий. Сейчас приходится участвовать в постоянных консультациях, согласованиях, встречах и обсуждениях с самыми различными организациями, подразделениями, людьми. Бывают спорные вопросы и очень много времени уходит на преодоление противоречий. Очень много времени…

Александр Зубков

- Вы возглавляете молодежную организацию КГОКа уже шесть лет. Когда и как она появилась?

- Идея ее создания пошла от неравнодушных молодых специалистов комбината. Отсчет времени мы начинаем с 25 мая 2001 года. На первой учредительной конференции был избран председатель организации Сергей Дзида, а совет молодых специалистов возглавил Максим Бурдуков.

- Почему решили создать молодежную организацию?

- На тот момент в городе не было комитета по работе с молодежью.

- А куда делся комсомол?

- Тогда шли тяжелые перестроечные времена - все исчезло по мановению волшебной палочки. Сейчас мы возрождаемся заново.

- С какой целью создана молодежная организация?

- Чтобы молодежь могла заявить о себе, отстоять свои права.

- Кто сегодня является ее членами?

- Любой молодой человек, работающий на комбинате, в возрасте до 35 лет. Но если вы старше, а душой молоды, то никто вас не прогонит. Мы всем рады.

- Тогда там должна быть какая-то старшая группа, у вас есть такая?

- У нас есть молодежная организация, женсовет и совет ветеранов. Но есть и такие люди, как председатель профсоюзного комитета Рудоуправления Сергей Титовец, который сейчас возглавляет делегацию на Конжак, вместе с молодежью и ветеранами. Я считаю, что только неравнодушный человек может взять на себя такую обязанность. Разделения, что ты молодежь, а ты - не молодежь, у нас нет.

- О существовании этой организации знают все. Чем же она на самом деле занимается?

- Одно из главных направлений - ориентация на персонал: это карьерный рост молодежи на комбинате по выбранной профессии. Будь ты просто рабочим, тебе всегда есть место. Это и научно-техническое творчество, и конкурсы профмастерства, и просто культурно-спортивный досуг. Молодежь может проявить себя везде. Молодые специалисты, участвующие в научно-технических конференциях, завоевывают первые места не только в городе, но и на родственных предприятиях «Евраза». Они ездят на другие горно-рудные и металлургические предприятия. Например, в город Магнитогорск. Там не наше холдинговское предприятие, но мы всегда там «жданные гости».

На конкурсе профмастерства наши ребята всегда держат марку первенства. В Новокузнецке, в ноябре прошлого года, среди восьми предприятий, которые выставляли по два участника, наш машинист крана Надежда Солдатенко завоевала первое место. На предыдущем конкурсе она заняла третье место, потом было два года перерыва из-за кризиса, после чего она вернулась и победила.

- Это единичный случай или у вас есть еще талантливые гении?

- Молодые люди с УГЖДТ, такие как Евгений Вьюнов и Александр Нижевясов, тоже не дают спокойно жить ребятам Сибири и Урала - постоянно наступают им на пятки. Недавно был конкурс по новой профессии «слесарь энергооборудования», на котором отличился Илья Попов с Энергоцеха. Электрослесарь Артем Лужбин среди электриков занял третье место.

Другими словами, мы заявляем о себе, хотя Качканар - город маленький, а нашему комбинату всего под 50 лет, в то время как есть предприятие, которому 290.

- Недавно, кстати, проходил фестиваль «Ювента»...

- Для этого наша компания организовала фестиваль рабочей молодежи, который обычно проводится в Новокузнецке, а именно, в двадцати километрах от него - в селе Боровково, на берегу реки. Ежегодно там собирается более тридцати команд. Мы уже участвовали в трех фестивалях.

Качканарцы как всегда отличились. Мы завоевали номинации «Золотой гвоздь», «Самая гостеприимная команда», «Лучшая бригада», «Мы вас так ждали». А о том что мы завоевали два раза титулы Королевы и Мистера «Ювенты» - об этом, вообще, не могло быть другой речи.

- Следующий фестиваль далеко, а что-нибудь поближе планируется?

- Наступило лето, а летом должны все отдыхать. Поэтому мы отдыхаем вместе с детьми в лагере «Чайка», проводим для них мероприятие - туристическая полоса препятствий. Ребята очень любят участвовать, потому что это не только проверка на силу рук, ног, ума, но и игра, которая способствует сплочению коллектива.

В преддверии Дня металлурга на комбинате между подразделениями тоже пройдут мероприятия. Также планируется очередной девятый туристический слет на 39 километре на реке Именной.

- Чтобы бы вы хотели сказать нашей молодежи?

- Именно руками молодых Качканар строился и развивался. Отрадно отметить, что с каждым годом роль молодежи во всех сферах общественной жизни - экономике, культуре, спорте - возрастает и обретает особую значимость. Ведь 21 век открывает широкие возможности для личностной реализации каждого молодого человека. Желаю всем творческих успехов, воплощения всех идей, высоких достижений и побед. Вы - будущее нашего города и комбината, его гордость, надежда и опора.

- Я вижу, что вы принесли листок со стихотворением. Не поделитесь?

- Это стихотворение я нашла на кануне прошлого Дня молодежи. Когда проводилась акция - мы обменивали коробку сока на открытую банку пива, с которой человек заходил в парк, либо на сигареты - призывали их к здоровому образу жизни. Там мы раздавали буклеты, где был фрагмент стихотворения: «Молодежью считается всякий, кто пока еще духом не стар. Хоть порой не спешит в забияки, но не сгинул запала азарт. Молодежь, утверждаю я снова, дочь прогресса и памяти след. Это будущего основа. Это те кому жить на Земле»

Интервью: Иван Феофанов, 6-10-28
Текст: Надежда Лесникова, 2-56-99

Сколько зарабатывает председатель профсоюза, какие вакансии открыты в КГОКе, ухудшились ли условия работы в «дочках» комбината после аутсорсинга, планируют ли уволить с предприятия директора Сергея Напольских и почему качканарцы не хотят работать за 32 тысячи рублей - об этом и многом другом рассказывает в интервью председатель профсоюзного комитета Анатолий Пьянков

- Последние три месяца вы постоянно откладывали встречу, объясняя это тем, что занимаетесь какой-то важной работой. Расскажите, чем были заняты?

- Сегодня не только на градообразующем предприятии, но и во всех «дочках» заключены коллективные договора и соглашения. Этим и занимались.

- Коллективные договора сильно отличаются друг от друга? Работники КГОКа сильнее защищены, чем, например, сотрудники «Ванадий-Ремонта»?

- Да, они отличаются. В том числе, по части роста заработной платы. Если на комбинате заложен рост в 19%, то в «Мегаполис-Вест» (московская фирма, качканарские работники которой занимаются уборкой помещений) - около 12%. Но это неплохо. Все, наверное, наслышаны об отдельных предприятиях в нашем и соседних городах, где вообще нет коллективных договоров и соглашений по повышению зарплат. Я считаю показательным, что покупательная способность в России падает, а на качканарском ГОКе она сохраняется на прежнем уровне.

- Вроде бы на комбинате к концу года средняя зарплата должна достигнуть планки в 33.500 рублей?

- 33.500 - это годовая, но уже на май средняя зарплата по предприятию составляет 32.300. В принципе, таких зарплат в горнодобывающей промышленности больше нигде нет. Выше только на «Северстали», «Магнитке» и на Липецком металлургическом комбинате.

- Говорят, что в тех дочерних предприятиях, которые отсоединились от КГОКа, зарплаты гораздо меньше. Это правда?

- Да, там заработные платы ниже, чем на головном предприятии. И это понятно, ведь при отсоединении руководство преследовало одну цель - сэкономить. Сегодня, кстати, стоит вопрос о выводе в дочерние предприятия автобусной колонны и вагонно-ремонтного депо (всего больше 300 человек). «Автобусников» вообще хотят отдать куда-то на сторону, а ВРД - передать «Ванадий-Ремонту». Но есть решение профсоюзного комитета - мы категорически против этого. На днях мы послали его вице-президенту компании Константину Лагутину, если ответ не будет нас удовлетворять, то мы обратимся к президенту компании. Отдавать структуру мы не намерены, так как сегодня «Ванадий-Ремонт» работает в прежнем темпе, а зарплаты при этом отличаются.

- Получается, работники «дочек» при аутсорсинге автоматически стали членами вашего профсоюза?

- Нет, не автоматически. В каждом подразделении проходит конференция, собрание, работники, члены нашего профсоюза, самостоятельно принимают решение - свою профсоюзную структуру организовать или остаться у нас. Люди сами выбирают, их никто не напрягает. Даже когда ко мне подходят и говорят, мол, не пойдем к тебе на учет, я отвечаю: «Понимаете, что вы только снимите с меня дополнительную головную боль? Не у себя, а у меня. Так как у меня будет меньше работы». Ведь если раньше мы один колдоговор подписывали с КГОКом и потом целый год его контролировали, подправляли, то сейчас у комбината десять «дочек», и везде надо подписать соглашения. Получается, объем работы для членов профсоюзного комитета увеличился в разы. Но, грех жаловаться.

- Ваша нагрузка увеличилась примерно в 10 раз, как на счет зарплаты?

- Некорректно, конечно, об этом говорить, но у меня сегодня оклад ниже, чем мне его определил профсоюзный комитет. Это лично мое решение. Считаю, что мне сегодня на жизнь хватает. Я не могу нарушить решение профсоюза в сторону увеличения, а в сторону уменьшения могу.

Зарплату я получаю только из членских взносов, на комбинате я и аппарат профкома не получает ни копейки. Да, раньше были какие-то премии от руководства предприятия, но мы однозначно решили уйти от этого, потому что тот кто платит деньги, тот и заказывает музыку. Сегодня музыку заказывают только члены профсоюза. От комбината мы в настоящее время в финансовом плане никак не зависим, только, согласно коллективному договору, они предоставляют нам здание, обеспечивают машиной, оргтехникой.

- Сколько именно вы зарабатываете?

Оклад у меня сегодня - 60 тысяч, а должен быть 80 - средняя зарплата на комбинате, умноженная на коэффициент 2.5. На оклад идет еще премия и уральский коэффициент 1.25. Понятно, что если сегодня машинист электровоза получает до 60, то председатель профкома должен зарабатывать не меньше.

В социалистические времена, например, зарплата руководителя профсоюза была на уровне 75% от заработка управляющего директора. Но я, честно говорю, не знаю, сколько сегодня зарабатывает руководитель КГОКа, мне это неинтересно. Я всегда говорил: голые пришли сюда, голыми отсюда и уйдем. Мне на жизнь и так хватает у меня свой дом, 15 соток огорода, я сажу картошку, помимо этого занимаюсь охотой и рыболовством и у меня в холодильнике есть мясо и рыба, которое я принес из леса и речки. Самое главное, это понимание людей.

- И люди понимают?

- Когда мне иногда говорят, что мы путевки не делим и так далее. Мы участвуем в этом, но до того неинтересно делить эти вещи... Путевки и материальная помощь - это вторично. Профсоюз должен заниматься конкретными делами и делать так, чтобы у всех членов профсоюза улучшалась жизнь.

- В каких дочерних предприятиях заключение колдоговора далось сложней всего?

- Самой проблемной была работа с «Евраз-техникой» (компьютерщики, всего 39 человек) - мы в течение трех лет не могли подписать соглашение. Ситуация изменилась только тогда, когда в Москве поменялся руководитель. В мае этого года соглашение все-таки было подписано. Хотелось бы, конечно, чтобы оно было лучше, но это первый документ в этой структуре. Думаю, на следующий год мы его поправим.

- Из-за чего не могли заключить договор в прошлые годы?

- Я считаю, что в этом вина руководителя. Он просто не желал иметь этот документ у себя на предприятии. Колдоговор - это когда о чем-то договариваются две стороны, если одна сторона начинает придумывать какие-то заморочки, то ничего не получается. Постоянно были отговорки - то эти документы сделаны не так, переделайте их, то искали какие-то неправильно поставленные запятые и точки... Еще раз повторюсь: это все зависит только от руководителя. Если он желает, чтобы в коллективе была стабильность и чтобы люди с удовольствием ходили на работу, то заключение договора не растягивает. А ему было просто безразлично. Вот так некоторые московские руководители подходят к решению вопросов в маленьких городах они живут одной жизнью, а мы совершенно другой.

- Разве руководство «ЕвразХолдинга» не могло повлиять на эту ситуацию? Как ни крути «Евраз-техника» - это дочернее предприятие КГОКа...

- Думаю, могло, однако не было большого желания. Может, времени не было. Я не знаю, поэтому конкретного ответа на этот вопрос не могу дать. Хотя обращения по этому поводу к руководству «ЕвразХолдинга» были.

- Скоро пройдут отчетно-выборные конференции профсоюза. В связи с чем они организованы?

- Отчеты и выборы мы проводим каждые четыре года. В рамках этого события планируем провести собрания в цехах, конференции в подразделениях, после состоится общая комбинатовская конференция. Будем отчитываться перед коллективом о выполненной работе.

- Произойдут ли кадровые изменения в головной ячейке профсоюза? В частности, вы возглавляете профсоюзный комитет уже давно, планов уходить - на пенсию или повышение - нет?

- Нет, это - мое. Да, были выгодные предложения о трудоустройстве как на самом предприятии, так и в других местах. Озвучивать их я не буду. Почему не согласился? Потому что это не мое. Я родился и вырос на поселке Валериановск, в 16 лет, разругавшись с классным руководителем, устроился работать на комбинат - все первого сентября пошли в школу, а я приступил к работе. Поэтому какими хорошими и отличными не были бы предложения, я на них не соглашусь.

Если меня выберут, то буду продолжать работать на этом посту. Если нет, то пойду отдыхать.

- Получается, есть вероятность, что вы в ближайшее время уйдете на пенсию?

- Не могу прогнозировать. По собственному желанию я точно не уйду, зачем, если у меня получается работать. Вот несколько лет назад я как-то сказал профкому, что мы перегоним по величине зарплаты Лебединский, Михайловский и Стойленский ГОК. В итоге, мы их перегнали - сегодня у нас средняя з/п 32.000, у них - 26.000. Да, у них нет уральского коэффициента. Ну и что? Раньше у нас и с коэффициентом зарплаты были намного ниже.

На НТМК сегодня средняя заработная плата - 26 тысяч, на Высокогорском ГОКе (все в нижнем Тагиле) - 24 тысячи.

- Кто примет итоговое решение о вашей работе?

- Решение примет трудовой коллектив - члены профсоюза.

- Как думаете, почему сегодня трудно устроиться на работу в КГОК?

- Потому что здесь самые высокие зарплаты по городу. Вряд ли где-то можно зарабатывать больше. Есть отдельные предприятия, на которых людям вообще по 6 месяцев не платят зарплату.

Когда люди приходят ко мне в кабинет и просят помочь трудоустроиться на комбинат, я готов помогать каждому. Но если человека выгнали за воровство или пьянку, работодатель его уже не хочет брать.

- Такие люди тоже есть?

- Когда говоришь некоторым работникам, чтобы надо держаться за эту работу, нельзя ее терять, они не прислушиваются к словам. А когда их уволят, они начинают вспоминать, что у них, оказывается, есть семья, которую надо кормить, есть кредиты и ипотеки.

Почему-то люди осознают это только тогда, когда наступят на грабли. Приходят ко мне и спрашивают: «Нам что, вешаться сейчас?». Я не могу дать этому человеку веревку, но когда он пил на работе, о чем он вообще думал? Когда он воровал пять литров солярки, за которые можно выручить всего 100-200 рублей, чем руководствовался?

Поэтому у нас есть твердая договоренность с администрацией предприятия, что воров и пьяниц мы не защищаем, даже если они являются членами профсоюза.

А в остальных делах мы всегда стараемся отстоять членов нашего профсоюза, особенно, если есть какие-то несправедливые накаты со стороны руководства.

- В городе есть два устойчивых мнения. Первое - нужно любыми силами попасть в ГОК, потому что это стабильность и хорошая зарплата. Второе - ни в коем случае нельзя идти «вкалывать» на москвичей. Как думаете, из-за чего появилось и утвердилось второе мнение?

- Сегодня интенсивность и напряженность труда на предприятии, конечно, увеличились. Но, я считаю, за те деньги, которые сегодня получают гоковцы, необходимо работать и приносить результаты. Просто так ходить на работу, ничего не делать и получать деньги - это мечта, наверное, любого человека. Поэтому, думаю, эта группа людей как раз отсюда и возникла.

Возьмем Серовский металлургический комбинат, предприятие УГМК-холдинга. Средняя з/п там - 19800. При этом они севернее нас. Но там люди почему-то работают за такие деньги и держатся за свои рабочие места. А жители Качканара еще и думают - работать или нет за 32 тысячи среднего. Хотя сегодня на нашем комбинате есть работники, которые получают до 70 тысяч рублей.

- Это руководящее звено или простые работяги?

- Я говорю только про рабочих. Например, машинист буровой установки, машинист экскаватора, машинист электровоза получают от 40 до 70 тысяч. Я считаю, сегодня это неплохие деньги, особенно на фоне того, как живут другие города. Я недавно ездил в командировку в Сибирь - проехал Красноярск, был в Иркутске - так там люди вообще бедно живут. Покупательная способность зарплаты падает, работодатель не хочет повышать ее. И это страшно.

- Активная позиция отдельных работников качканарского комбината, которые не боятся говорить вслух о проблемах, постоянно защищают свои права, в том числе, через СМИ, сыграло в уровне з/п какую-то роль?

- Однозначно сыграло. Я вот был в вагонно-ремонтном депо, общался с коллективом по поводу их возможной передачи «Ванадий-Ремонту» и спросил, готовы ли они, если что, к каким-то конкретным действиям. Рабочие ответили: «Если ты придешь и скажешь, что нужно что-то делать, то мы пойдем и сделаем». Сила только в коллективе.

- Есть тенденция, что раз в 1-2 года в КГОКе меняется управляющий директор. Сейчас есть к этому какие-либо предпосылки?

- Предпосылок никаких нет, но кто заглянет в головы руководителям компании? Но частая смена руководства, на мой взгляд - это очень плохо. Люди со стороны, которые возглавляют комбинат, только начинают что-то понимать в производстве, каких-то процессах, как их убирают.

- Как думаете, почему в последние годы директора меняются так часто?

- Какие последние годы? Я с 1998 года здесь работаю, так за это время порядка 16 директоров поменялось! Смена руководства происходила практически каждый год.

Есть, конечно, директора, которых убирали из-за того, что они были нечисты на руку. Есть те, которые имели свое мнение, а кому-то в Москве это не нравилось. Эта была ужасная политика холдинга. Поставили бы тогда во главе КГОКа старшину, который бы исполнял все команды «под козырек». Думаю, сейчас они осознали, что если человек на таком посту имеет свое мнение - это здорово.

- Михаила Батуева из-за чего убрали? Он имел собственное мнение?

- Без комментариев.

- Каким образом сокращения людей отразились на тех.безопасности?

- Увеличение напряженности труда - однозначно не приносит пользу для производства. Это не только мое мнение, но и точка зрения специалистов. До абсурда ситуацию доводить нельзя. По ходу, на предприятии это тоже начинают понимать, так как на сегодняшний день открыты 62 вакансии.

Другое дело, то, что у нас сегодня некоторые работники могут себе позволить не просто отдыхать в свободное время, а спать - была ситуация, когда управляющий директор шел на субботник и наткнулся на спящего слесаря. Естественно, это показатель того, что человек не загружен работой. Но это единичные случаи, не нужно на них заострять внимание.

- Какие вакансии есть?

- Водители, монтеры путей, машинисты экскаватора, электровоза... Перечень очень большой. Отдел кадров систематически передает нам списки, люди к нам приходят, мы им показываем.

- Если к вам придет человек с улицы и попросит помочь ему трудоустроиться, поможете?

- Постараюсь. Но заранее предупреждаю, что я не наместник Бога на земле, могу лишь позвонить в отдел кадров, менеджеру по работе с персоналом и попросить его рассмотреть определенную кандидатуру получше. Обычно там идут навстречу и помогают.

Елена Ходырева

У вас есть вопросы, которые не были заданы председателю профкома? Вы разделяете или в корне не согласны с его мнением? На какие проблемы профсоюзу, по вашему мнению, необходимо обратить первоочередное внимание?

Смотрите также:
- «После аутсорсинга мы попали в какое-то “рабство”»
- Управляющий директор КГОКа Сергей Напольских: «Я не боюсь быть уволенным»

Почему в семидесятых в городе было всего два гаишника, как приучали к дисциплине советских водителей, из-за чего сегодня стали популярны взятки, зачем нужно повысить зарплату милиционерам и стоит ли оставить ограничение скорости в 20 километров - об этом и многом другом рассказывает профессиональный гаишник Виталий Данилович Турков, руководивший качканарской госавтоинспекцией с 1970 по 1992 годы

- 22 года - это серьезный срок. Расскажите, с чего вы начинали свою карьерную лестницу? Каким образом попали в госавтоинспекцию?

- В Качканар я приехал в начале шестидесятых. Сначала устроился на работу в автотранспортное хозяйство, автобазу №5. Проработал там я, без малого, десять лет. И вот в 1970 году меня приглашает к себе в кабинет Лидия Васильевна Овсянникова и говорит, что в милицию требуется работник, они обсудили с коллективом и порекомендовали на эту должность меня. Я согласился, так как, признаюсь честно, был неравнодушен к тем порядкам на дороге, которые творились в то время.

- Что именно вас не устраивало?

- Водители тогда себя очень вольготно чувствовали. Некоторые, бывало, выпивали прямо за рулем. С тех времен мне запомнился один случай. Однажды качканарский водитель Павел поехал в командировку на грузовой машине, с собой взял маленького сына. В районе Нижней Туры он, пьяный лихач, попал в аварию - не справился с управлением, грузовик опрокинулся, перевернулся, мальчик выпал из кабины. В общем, разбились насмерть.

Этот случай затронул до глубины души не только меня, но и всех горожан. Подобные ситуации, происходившие в то время, и повлияли на мой выбор стать сотрудником государственной автоинспекции. Хотелось навести порядок.

- То есть, трудоустройство в правоохранительные органы произошло легко?

- Нет, в те времена это было довольно-таки непросто. Очень важно было, чтобы тебе выразили доверие жители города, будущие коллеги. Да и словами на ветер нельзя было бросаться, за каждое сказанное слово следовало нести ответственность.

Пока оформлялись документы, начальник милиции позвонил в автобазу и велел мне приступать к непосредственной работе.

Тогда в городе насчитывалось чуть больше тысячи грузовых автомашин, а в личном пользовании у граждан было всего 130 автомобилей и порядка полутора тысяч мотоциклов. Именно поэтому в то время в ГИБДД работало всего два человека.

- Всего два? Как же вы справлялись?

- Да, тогда работали только я и Анатолий Александрович Черняков. В начале семидесятых интенсивность движения на улицах города была относительно небольшая, но уже в 1973 году, когда в эксплуатацию был сдан завод ВАЗ в Тольятти, число личных автомобилей в Качканаре резко увеличились. За год граждане, насколько я помню, купили 340 машин - в два раза больше, чем было зарегистрировано в автоинспекции.

- С чего именно вы начали наводить порядок на дороге?

- После 1973 года в городе, естественно, увеличилась интенсивность движения. Необходимо было принимать какие-то меры. Мы обсудили и решили отобрать 18 самых лучших ребят, которые дисциплинированы, знают правила дорожного движения, разбираются в технике. Мы выдали им удостоверения общественных инспекторов, в итоге они оказали нам большую помощь в работе.

Уже потом, когда в городе начали образовываться ДНД (добровольная народная дружина), по линии ГАИ стали создавать специализированные дружины. В это время в крупных автохозяйствах - автобаза №5, АТЦ (авто-тракторный цех), АТП - также образовались спецдружины, в которые входили коммунисты, комсомольцы, передовые работники. Итого, в общей численности нас было 135 человек. За хорошую работу общественным дружинникам тогда давали три дополнительных дня к отпуску.

- Получается, в те годы по улицам города разъезжали около пятисот автомобилей. Не так уж много. Когда их число начало увеличиваться?

- Ежегодно, начиная с момента открытия вазовского завода, качканарский парк автомобилей пополнялся на 300-400 транспортных единиц. Интенсивность движения, конечно же, увеличивалась, но порядок зависел, прежде всего, от дисциплинированности водителей.

- Как вы приучали их к дисциплине?

- Водители были разными - и лихачи, и те, кто не прочь за рулем выпить. Соответственно, увеличилось число дорожно-транспортных происшествий. Пришлось принимать меры. В день на улицы города выходило, в среднем, три группы дружинников, в каждой из которых было от шести до девяти человек. Плюс к этому увеличился штат ГАИ, нас было уже не два человека, а пятеро работников.

Вместе выходили на дороги и отлавливали нарушителей.

- Каким образом в семидесятых наказывали водителей?

- За простые нарушения инспекторы самостоятельно определяли меру наказания. Но все случаи управления в нетрезвом состоянии, дорожно-транспортные происшествия разбирались только на комиссиях. Например, пьянство за рулем каралось лишением прав до 24 месяцев. Случаи, если в неподобающем поведении на дороге был замечен работник автотранспортного хозяйства, права для которого были единственным способом заработка на жизнь, выносились на товарищеский суд или ограничивались штрафами.

- Были ли раньше случаи, когда водители пытались подкупить работников ГАИ, дать взятку? Сегодня эта проблема очень актуальна.

- Если начиная с криминальных девяностых годов это быстро распространилось, то в наше время у нарушителей даже в мыслях такого не было. Это была бы дикость для нас.

- Виталий Данилович, как думаете, почему сейчас среди некоторых водителей считается нормальным - сунуть купюру гаишнику, а отдельные сотрудники ГИБДД не брезгуют брать взятки?

- Насколько мне известно, в последнее время дают и берут взятки намного реже, чем в разнузданные девяностые годы, когда в стране властвовала бесконтрольность и халатность.

Мне кажется, что все это началось, в том числе, и от высшей власти. Ведь не только автомобилисты давали взятки, но и сами инспектора подавали намеки, провоцировали.

- Вы сами всегда выступали за безопасность дорожного движения. Но приходилось ли вам когда-нибудь нарушать правила? Только честно.

- Думаю, нет такого водителя, который бы хотя бы раз в жизни не нарушал правила: не пересекал сплошную, не разворачивался в неположенном месте, не превышал скорость. Каким бы рангом и должности он ни был.

Зато честно скажу, что у меня никогда даже в мыслях не было сесть за руль в нетрезвом состоянии или даже с похмелья. А скорость немного превысить, забыть пристегнуться - это, конечно, бывало.

- Как вы относитесь к водительской фишке - мигать друг другу фарами, если на пути стоит пост ГАИ?

- Конечно, для водителей, видимо, чувство шоферского братства и взаимовыручка превыше. В любом случае, человек снижает скорость, пристегивается и хотя бы таким образом начинает соблюдать правила дорожного движения.

В свое время, помню, я боролся, чтобы ограничение движения по улице Свердлова не было слишком низким. В конце концов, все водители у нас грамотные и образованные, отвечают за свои действия. Бывший начальник отдела Юрий Александрович Копылов всегда говорил нам на собраниях, что качканарские водители ничуть не хуже знают правила дорожного движения, чем мы, инспектора. Правильно. Зачем их ограничивать? Если есть ограничение 60 километров в час по городу, так пусть и едут столько.

Самое низкое ограничение скорости в наши годы было 50 километров в час. Но, конечно, и интенсивность движения по улицам была гораздо меньше. Сейчас весь город ограничили знаком в 20 километров, и, честно скажу, редко кто соблюдает это ограничение. Если и соблюдают, то только в том случае, если инспекторы ДПС на пути стоят. Я сам пусть не 20, но 30 километров еду. А остальные водители едут со скоростью 40-50, как минимум.

- Около Дворца культуры есть спорный участок, на котором установили ограничение скорости в 20 километров. Водители очень сильно возмущаются. Как вы считаете, стоит ли это ограничение оставить или сделать так, чтобы оно действовало только в ночное время?

- Я, как практик, проработавший больше двадцати лет в системе ГИБДД, считаю, что человек, севший за руль, несет полную ответственность за свое передвижение и должен самостоятельно предвидеть ту или иную ситуацию - есть ли неподалеку дети, нужно ли объезжать общественный транспорт и так далее. В связи с этим, думаю, ограничение в 20 километров лишнее.

- Еще один спорный момент - большое количество пешеходных переходов на участке улицы Свердлова от троллейбусного кольца до «Кедра». Как думаете, это оправдано?

- Если не будет пешеходных переходов, то люди начнут переходить беспорядочно в неположенных местах, внутри кварталов, а это намного хуже и опаснее. Также хотелось бы отметить, что, на мой взгляд, дорожно-патрульная инспекция редко выходит дежурить именно на пешеходные переходы и светофоры. Например, я в этом году уже два раза наблюдал, как водители проскакивали на красный сигнал светофора. Но это бывает редко. Наши водители более-менее вежливы на дорогах.

- Я был в других городах и также хотел бы отметить, что водители Качканара более вежливы к пешеходам. Как вы думаете, почему так?

- Ответственность и повышение штрафов, конечно же, стабилизирует поведение автовладельцев. В больших городах водителю, который получает приличные деньги, ничего не стоит заплатить штраф в 500-1000 рублей, а для наших автомобилистов это немалые деньги.

- Расскажите, как раньше водители относились к гаишникам.

- Это полная противоположность сегодняшней ситуации. В то время любой работник милиции, не только сотрудник госавтоинспекции, считался очень уважаемым человеком. Авторитет у отдела внутренних дел был особенно высок, когда его возглавлял Рудольф Лебедев. Если у кого-то что-то случилось, он в первую очередь шел за помощью в милицию. Знал, что там ему помогут.

- А что сейчас произошло?

- Благодаря криминальным девяностым годам многие люди разуверились в милиции. И действительно, в те годы криминальные авторитеты крепко свою власть держали не только в нашем городе, но и по всей России. Вот народ и потерял не только доверие к органам милиции, а, самое главное, уважение.

- Виталий Данилович, скажите, а как вы относитесь к прозвищу сотрудников ГИБДД - гаишник?

- Как говорится, от перестановки мест слагаемых сумма не меняется. Так и здесь. Хотелось бы еще сказать о постоянных переименованиях - ГАИ, ГИБДД, милиция, полиция. Мне кажется, власть сегодня должна не названия менять, а подход. Нужно вести хороший подбор кадров, а его можно организовать только при помощи достойной зарплаты.

Эта проблема тянется еще с давних времен. Например, когда я пришел работать в госавтоинспекцию, то моя зарплата составляла 80 рублей, а в хозяйстве, где я до этого трудился, мне платили 200-220 рублей. Согласитесь, несправедливо? Я тогда только из принципа пошел, надеясь, как и все остальные, на светлое будущее. Справедливо будет отметить, что среди нас в то время были не только одни энтузиасты, некоторые надолго не задерживались.

Сегодня зарплата в 12-15 тысяч рублей - это тоже несерьезно. Было бы здорово, если бы не переименовывали милицию в полицию, а вместо этого повысили зарплату. Президент вот пообещал, что с 2012 года начнут повышать зарплату. Дай Бог. Но все равно, надо было намного раньше увеличивать оклады.

Интервью: Иван Феофанов
Текст: Елена Ходырева